Думали что аутизм

«Животные думают образами». Как девочка с аутизмом стала известным профессором

«Я не думаю с помощью языка»

Думаю, начать мне стоит с того, что вообще такое аутизм. Этот диагноз могут иметь и дети, которые не говорят, и очень талантливые ученые и инженеры.

Это целый диапазон различных черт. Что отличает обыкновенного чудака от человека с синдромом Аспергера, который является легкой формой аутизма? Эйнштейн, Моцарт и Тесла — сегодня бы сказали, что все они имеют расстройство аутистического спектра.

И самое главное, что меня интересует — это то, как дать этим ребятам возможность стать теми, кто изобретет новое.

Прежде всего я хочу поговорить о различных способах мышления. Забудьте о вербальном языке — я думаю образами. Я не думаю с помощью языка. Отличительная особенность аутистического мышления — внимание к деталям. Посмотрите — это тест, в котором необходимо найти большие или маленькие буквы. Аутистический мозг гораздо быстрее находит маленькие буквы.

Нормальный мозг игнорирует детали. Но если вы, например, строите мост, детали очень важны, потому что он просто упадет, если их игнорировать.

Меня беспокоит то, что все становится гораздо более абстрактным. Люди перестают заниматься практической работой.

Меня очень волнует то, что во многих школах отменили уроки прикладного мастерства, а рисование и подобные предметы были как раз теми, которые мне легко давались.

Когда я работала c крупным рогатым скотом, замечала мелкие детали, на которые большинство людей не обращает внимания. Но эти детали пугают скот и заставляют его упираться. Например, флаг, развевающийся перед ветеринарной клиникой. Единственное, что нужно было сделать [чтобы не пугать животных] — это снять этот флаг. Резкие движения, контраст.

В начале 70-х, когда я только начинала, направилась прямиком в загоны, чтобы посмотреть, что окружает скот. Все думали, что это ерунда. Висящая на заборе куртка могла заставить их упираться. Тени, шланг на полу. Никто не замечал этих вещей, например, свисающую цепь.

Google Картинки в голове

Итак, что же такое мышление образами? Это в буквальном смысле фильмы в голове. Мое мышление работает, как Google Картинки. И когда я была маленькой, я не знала, что мое мышление отличалось от мышления других, я думала, что все думают образами. А потом, когда работала над моей книгой, «Мышление образами», начала брать интервью у разных людей о том, как они думают. И была в шоке, когда узнала, что мое мышление сильно отличалось от остальных.

Например, если я скажу: «Представьте себе шпиль церкви», — большинство людей представят некий абстрактный шпиль. Я вижу только конкретные образы. Они всплывают в моей памяти, прямо как Google Картинки. И всплывают они один за одним. А потом я думаю, а как насчет заснеженной церкви или церкви в грозу? И я могу держать этот образ в голове и превратить его в «фильм».

Кадр из фильма «Темпл Грандин». Фото: slantmagazine.com

Визуальное мышление явилось неоценимым преимуществом в моей работе по разработкам скотоводческих помещений. Одной из особенностей при разработке таких помещений явилось то, что я могла «тестировать» оборудование в голове, совсем как компьютерная система виртуальной реальности.

Одно из правил, которое я поняла очень рано, так как не была очень общительной — это то, что рекламировать мне нужно свою работу, а не себя. И свои скотоводческие проекты я рекламировала, показывая свои чертежи и рисунки. Другое, что мне помогло, так это то, что в 50-е годы нас учили быть воспитанными. Нас учили тому, что нельзя хватать товары с полок в магазине и швыряться ими.

Итак, когда ребенок в третьем или четвертом классе, вы можете заметить, что у него визуальное мышление, если он рисует с перспективой. Только я хочу подчеркнуть, что не каждый ребенок с аутизмом будет визуальным мыслителем.

Несколько лет назад мне делали томографию мозга, и я, помню, любила шутить о том, что у меня в мозгу проходит гигантская магистральная линия интернета, уходящая глубоко в зрительную зону коры. Это спектральная томография. И моя магистральная линия интернета в два раза больше линии контрольного пациента. Снимок с красными линиями — это мой мозг, а с голубыми линиями — мозг контрольного пациента того же пола и возраста. И на этом снимке моя линия огромна, а у контрольного пациента (голубая линия) — очень короткая.

И некоторые исследования сегодня показывают, что в мышлении людей с аутизмом зрительная зона является первичной.

Также необходимо заметить, что визуальное мышление — это только один из способов мышления. Видите ли, аутистическое мышление имеет тенденцию быть узкоспециализированным. Это люди, одаренные в одной сфере, но не успевающие в другой. Моим слабым местом была алгебра. И мне так и не разрешили заниматься геометрией или тригонометрией. Это было большой ошибкой. Я замечаю, что многим детям нужно пропустить алгебру и перейти сразу к геометрии и тригонометрии.

Сколько информации на пожарном гидранте

Еще один вид мышления — это мышление схемами. Это мышление более абстрактно. Оно, в основном, у инженеров, программистов. Вот пример мышления схемами. Этот богомол сделан из одного листа бумаги — без клейкой ленты, без разрезов. А на заднем плане представлена схема сворачивания бумаги.

Типы мышления: визуальное фото-реалистическое мышление — такие люди, как я; мышление схемами — музыканты и математики. Некоторые из них испытывают проблемы с чтением. Такие же проблемы испытывают дети с дислексией. И также вербальное мышление. Такие люди знают все обо всем.

Еще один вопрос — сенсорные проблемы. Я очень волновалась о вот этом приспособлении на моем лице (имеется в виду микрофон — Прим. ред. ). И я специально пришла на полчаса раньше, чтобы его надели на меня и чтобы я могла к нему привыкнуть. И они его немного загнули, так чтобы оно не прикасалось к моему подбородку. Но сенсорная проблема является важной. Некоторых детей беспокоит флуоресцентное освещение, другие чувствительны к звукам. Каждый случай особенный.

Итак, визуальное мышление дало мне возможность понять, как мыслят животные. Задумайтесь: мышление животных сенсорно, а не вербально. Они думают образами. Звуками, запахами. Задумайтесь о том, сколько информации на местном пожарном гидранте. Животное знает, кто там был, когда он там был, является ли он другом или врагом, и можно ли с ним спариться. На пожарном гидранте — огромное количество информации. И это очень подробная информация. И изучение этих подробностей позволило мне очень хорошо понять животных.

Итак, мышление животных (и мое) делит сенсорную информацию на категории. Человек на лошади и человек, стоящий на земле, воспринимаются совершенно по-разному. Например, лошадь, над которой издевался наездник. Она будет совершенно спокойно относиться к ветеринару и мастеру, подковывающему ее, но не потерпит на себе наездника. Или конь, которого избивал тот, кто его подковывал, — он будет очень агрессивен с людьми, стоящими на земле, с ветеринаром, но не будет против наездника. Крупный рогатый скот ведет себя так же. Человек на лошади и пеший человек не являются одним и тем же. Видите ли, это очень разные образы. Задумайтесь о том, насколько конкретно такое мышление.

Такая способность делить информацию на категории дана далеко не всем.

Когда на заводе проблемы с чем-нибудь, зачастую руководство не может разобраться: «Проблема в том, что персонал не обучен? Или что-то не так с оборудованием?» Иными словами, они не могут отделить проблему с оборудованием от проблемы с персоналом. Я замечаю, что многим людям это дается нелегко. Скажем, я определила, что это проблема с оборудованием. Является ли это мелкой неполадкой, которую легко починить? Или вся система разработана неправильно? Многим тяжело в этом разобраться.

Давайте посмотрим на другой пример. Например, решение проблемы безопасности авиакомпаний. Да, я налетала уже миллион миль. Я очень часто летаю на самолетах, и если бы я была членом Федерального авиационного управления, что бы я в первую очередь осмотрела? Хвосты самолетов. Пять смертельных катастроф за последние 20 лет — хвост либо оторвало, либо рулевой механизм в хвосте вышел из строя тем или иным образом. Проще простого — проблема заключается в хвостах. И когда пилоты обходят салоны самолета, знаете что? Они не видят то, что находится внутри хвоста. Знаете, сейчас, когда я думаю обо всем этом, я вспоминаю различные конкретные сведения. Очень конкретные. Видите, мое мышление работает вверх тормашками. Я беру маленькие кусочки и складываю из них картину, как пазл.

А вот лошадь, которая до смерти боялась черных ковбойских шляп. Над ней издевался человек в черной ковбойской шляпе. Но она не имела ничего против белых шляп.

«Давай попробуем нарисовать что-то другое»

Итак, дело в том, что миру нужны различные способы мышления, работающие вместе. И нам нужно работать над тем, чтобы развивать все эти типы мышления. И одна из проблем, которая сводит меня с ума, когда я езжу по конференциям и собраниям по аутизму, это то, что я вижу множество очень умных детей. И они не очень общительны. И никто не работает над тем, чтобы заинтересовать их чем-нибудь вроде науки.

Я не была прилежной студенткой. В старших классах мне не было дела до учебы, до тех пор, пока я не попала на урок мистера Карлока. Он бросил мне вызов: разгадать загадку комнаты с оптической иллюзией. Это затрагивает тему того, что детям нужно показывать интересные вещи. Знаете, мне кажется, что TED следует сообщить во все школы о том, какие отличные лекции тут есть, и что в интернете есть разные классные штуки, чтобы заинтересовать детей.

Дело в том, что мышление можно сделать направленным на размышление и познание. Или запрограммировать его на общение и социальную сферу. И некоторые исследования аутизма показали, что в аутистическом мозгу могут быть дополнительные соединения. Человек может быть одаренным, но сфера общения у него может быть недоразвита. Получается как бы замена мыслительного процесса на общение.

Это эксперимент доктора Брюса Миллера. Он изучал пациентов, страдающих болезнью Альцгеймера, у которых была деменция коры лобно-височной доли головного мозга. Деменция у этих пациентов разрушила языковые участки мозга, и вот эту картину нарисовал человек, который раньше занимался установкой магнитол в машинах. Ван Гог не разбирался в физике. Но я нахожу очень интересными исследования, которые доказали, что вот эти вихревые образы повторяют статистическую модель турбулентных потоков. Что подводит меня к очень интересной идее, что, может быть, некоторые из математических схем находятся у нас в голове.

Мы должны думать обо всех типах мышления. И мы обязательно должны работать с ними, потому что в будущем нам обязательно понадобятся эти люди [с аутизмом]. И давайте поговорим о трудоустройстве.

Ну хорошо, мой учитель естественных наук заставил меня учиться. Но знаете что? Я тоже работала. Я вижу много умных детей, которые не знают элементарных вещей, например, как приходить вовремя. Меня этому научили уже в восемь лет. Как вести себя за столом на воскресном обеде у бабушки. Меня этому научили в очень раннем возрасте. А когда мне было 13, я работала в магазине портного продавщицей. В студенчестве я проходила производственную практику. Я мастерила различные устройства. И мне пришлось научиться выполнять задания.

Знаете, когда я была маленькой, я не хотела делать ничего, кроме как рисовать лошадей.

И тогда моя мама сказала: «Давай-ка попробуем нарисовать что-нибудь другое». Людям с аутизмом необходимо научиться делать что-нибудь еще.

Скажем, ребенок очень увлекается конструктором Lego. Давайте попробуем научить его строить из него различные вещи. Отличительная черта аутистического мышления — это то, что обычно оно фиксировано на чем-то одном. Например, если ребенок любит гоночные машины, нужно использовать это при обучении математике. Давай выясним, сколько времени понадобится этой гоночной машине, чтобы преодолеть определенное расстояние.

Иными словами, используйте фиксацию ребенка, чтобы мотивировать его. Это просто необходимо.

Детям нужны наставники

Чем могут заниматься дети с визуальным мышлением, когда вырастут? Графическим дизайном, компьютерами, фотографией, промышленным дизайном. Дети со схематическим мышлением — будущие математики, разработчики программного обеспечения, программисты и подобное. А из вербальных мыслителей получаются отличные журналисты. А также артисты. Будучи аутистом, мне приходилось учиться социальным навыкам, например, как играть в пьесе. Тебе просто приходится учиться, как это делать.

Нам нужно работать с такими учениками. И это подводит меня к вопросу о менторах. Знаете, мой учитель естественных наук не был дипломированным учителем. Он был космическим ученым в NASA. Сейчас некоторые штаты начинают делать то же самое — если у тебя есть биологическое или химическое высшее образование, ты можешь прийти в школу и преподавать биологию или химию. Нам нужно это делать. Потому что я замечаю, что хорошие учителя для таких детей все преподают в муниципальных колледжах. Нам нужно набирать таких хороших учителей в старшие классы средней школы.

Еще один вариант, который может быть очень успешным — вашего ребенка могут учить люди, которые ушли на пенсию после работы в отрасли программного обеспечения.

И совершенно не важно, что они учат его устаревшим понятиям, потому что самое главное — это зажечь искру.

Заинтересовать ребенка, включить его мыслительный процесс. И если вы включите этот процесс, ребенок сам выучит все новое.

Детям необходимы наставники. Я не могу до конца выразить, что для меня сделал мой учитель естественных наук. Так что нам нужно обучать этих детей и нанимать их на работу.

Особенность аутистического мышления, типа синдрома Аспергера — это то, что таким людям нужны очень конкретные указания. И если вы возьмете их на стажировку в свою компанию, не говорите просто: «Разработай новое программное обеспечение». Вам нужно дать им гораздо более конкретные указания. «Мы разрабатываем программное обеспечение для телефона, и оно должно выполнять такие-то и такие-то функции. И оно не должно использовать более такого-то количества памяти». Вот примерно настолько конкретно это должно быть.

Как понять, есть ли у вашего ребенка аутизм: шесть подсказок родителям

Елена Владимировна, родители малышей больше всего боятся, вдруг с их ребенком будет что-то не так? Вдруг аутизм? Как его распознать?

Елена Орехова: Аутизм сейчас диагностируется исключительно по поведению. До года практически невозможно с уверенностью сказать есть ли у ребенка аутизм. До этого времени маленький ребенок может вести себя точно так же, как все остальные малыши, смотреть в глаза, реагировать на людей. Ученые на западе проводят исследования, пытаясь понять, каковы самые ранние признаки аутизма. В таких исследованиях приглашают принять участие родителей, у которых уже есть старшие дети с диагнозом аутизм. Риск аутизма у младших детей в таких семьях повышен, что дает ученым возможность проследить раннее развитие детей с этим диагнозом. В свое время я работала в Лондоне в одной из лабораторий, где проводилось такое исследование. Были предположения, что дети с аутизмом не испытывают потребности в общении с самого рождения. Но оказалось, что это не так. В три месяца они смотрели в глаза другого человека даже больше, чем обычные малыши. По мере взросления зрительного контакта становилось все меньше и меньше.

Какие признаки подскажут мамам и папам, что с ребенком что-то не так?

Елена Орехова:

1. Важный признак: задержка речи, которая наблюдается практически у всех детей с аутизмом. До года у ребенка должен быть лепет, после года он говорит отдельные слова, несколько позже — предложения. Если ничего этого нет до двух лет, это не обязательно аутизм, но есть повод побеспокоиться. Большинство детей с аутизмом, хотя и поздно, начинают говорить, но у них страдает интонация.

2. Обычные дети повышают или понижает тон, подчеркивая смысл сказанного, тогда как речь детей с аутизмом часто воспринимается как странная: они либо говорят монотонно, либо неверно расставляют акценты в речи. В МЭГ центре мы недавно провели исследование, в котором обнаружили, что левое ‘речевое’ полушарие у детей с аутизмом обрабатывает сложные звуки не так как у обычных детей. Сейчас мы хотим выяснить, как это нарушение влияет на развитие речи. Мы приглашаем поучаствовать в нашем исследовании как семьи детей с аутизмом, так и детей с типичным развитием.

3. Другой ранний признак аутизма, как ни странно, — подозрение на глухоту. Очень часто родителям кажется, что у ребенка есть нарушения слуха. Они к нему обращаются: «Коля! Петя! Посмотри…» А он не реагирует. В недавнем исследовании, проводившемся в МЭГ-центре, мы обнаружили, что половина родителей детей-аутистов в течение первых полутора лет жизни подозревали, что у ребенка не все в порядке со слухом. На самом деле со слухом у него все нормально. Но он не отзывается, потому что полностью погружен в занятие, которое его интересует.

Извините, а если рядом с ребенком-аутистом с грохотом упало ведро, он будет реагировать на этот шум?

Елена Орехова: Может да, а может — нет. Такие дети часто нетипичным образом реагируют на окружающее.

4. Ребенка может раздражать небольшой шум за окном, легкое прикосновение, яркий свет. В то же время он может не среагировать на грохот, быть нечувствительным к боли.

5. Еще подсказка родителям: ребенку трудно вас попросить о чем-то. Допустим, ему нужен карандаш. Он может взять вашу руку и ею попытаться достать карандаш.

6. У ребенка-аутиста нет указательного жеста. Он не будет показывать пальцем на любимую игрушку и просить дать ее.

До сих пор бывает, что мамам в роддомах иногда советуют: откажитесь от ребенка, он вас даже узнавать не будет. Ребенок с аутизмом понимает, что у него есть значимые взрослые — родители, испытывает к ним привязанность?

Елена Орехова: Да, ребенок испытывает привязанность к родителям. Он будет жалеть маму, потому что ей больно, но ему трудно понять чувства более «высокого порядка» — обиду, оскорбление.

В обычную школу можно отдать ребенка с аутизмом?

Елена Орехова: У таких детей часто бывают проблемы сенсорного плана — школьная обстановка для них может быть просто непереносимой. Мелькание, крики, шум, суета: все это может вызывать сильный стресс, вовсе не способствуя нормальному обучению. Чтобы успокоиться, ребенок может захотеть заткнуть уши, залезть под парту.

Другая проблема — непредсказуемость среды. Для ребенка с аутизмом важно, чтоб он знал, что за чем следует и в каком порядке. Если распорядок дня или череда событий непредсказуемым образом нарушаются, это тоже вызывает стресс. Быть среди людей для них сложно еще и потому, что люди часто непредсказуемы. Таким детям трудно осознать школьные правила, и они могут вести себя не так как хочется педагогу. Может быть, родителям и приятно, когда такой ребенок ходит в обычную школу, но, в конечном счете, надо ведь думать и о самом ребенке, создавать ему щадящие условия. Хотя, конечно, все индивидуально. Некоторые дети с аутизмом и хорошими речевыми и когнитивными способностями (раньше это называли синдромом Аспергера) могут ходить и в обычную школу. Но надо тщательно следить за тем, как ребенок себя чувствует в школе. Часто такие дети могут быть не только малообщительными, но и неуклюжими, становясь объектом насмешек и издевательств со стороны одноклассников.

Дети жестоки… И не только к особенным сверстникам

Елена Орехова: Необходимо рассказывать школьникам о том, что люди бывают разные и что это нормально. В Швеции, например, в обычных школах проводят уроки, на которых предлагают детям попробовать проехаться на инвалидной коляске, прочитать тексты для слепых, составленные шрифтом Брайля, выучить некоторые слова на языке глухонемых. Им рассказывают о том, что есть люди с особенностями развития и о том, что ко всем надо относиться с уважением и никого нельзя обижать. При этом там сохранены и коррекционные классы и школы. А еще в Швеции диагноз аутизм отнюдь не приговор. В Гетеборге был случай, когда девушка закончила технический вуз, потом — медицинский, получила работу на скорой помощи как врач. И тут у нее произошел нервный срыв: ей оказалось крайне тяжело работать с людьми. Она обратилась к психиатру, и тот поставил диагноз аутизм. Это оказалось для нее большим облегчением, поскольку она, наконец, поняла источник своих проблем. Надо сказать, что после этого она успешно занимается наукой, изучая работу мозга у людей с психическими расстройствами. Наш мозг — настоящая головоломка. Вот это ученые уже точно поняли.

«Это как мощный процессор без монитора» Что происходит в голове у аутиста

В Москве проходит международная научно-практическая конференция «Аутизм. Вызовы и решения», посвященная вопросам, связанным с расстройствами аутистического спектра. На мероприятии, проведенном в формате форума, собрались врачи, педагоги, а также специалисты смежных областей. Корреспондент «Ленты.ру» посетил конференцию и побеседовал с профессором медицины и генетики человека в Институте геномики и системной биологии университета Чикаго Андреем Ржецким о том, как устроен процесс восприятия внешнего мира у аутистов, перспективах диагностики этого заболевания на ранних стадиях и отношении к аутистам на Западе.

«Лента.ру»: Людям с аутизмом приходится взаимодействовать с внешним миром. Кому-то это удается лучше, кому-то хуже. Почему? Как устроен у них процесс коммуникации?

Ржецкий: Высокоинтеллектуальные аутисты представляют себя отдельным народом. Для них важно поддерживать единство, хотя бы виртуально. Поэтому они общаются между собой по сети. Опять же, не выходя за рамки своего круга, им чрезвычайно тяжело устанавливать контакты и их интерпретировать. Среди них есть люди с очень высоким интеллектом, которые, однако, практически беспомощны в повседневных делах. Сегодня на конференции рассказывали такую историю. Человек с аутизмом через Facebook познакомился с девушкой. Она попросила номер его кредитной карточки — чтобы купить авиабилет из Великобритании в Штаты. Мама аутиста успела отследить и остановить эту покупку. Очень важная функция сообщества — когда одни аутисты дают практические советы другим.

Наверное, это сложно, но все же, что происходит у них в голове?

Интервью, которые я брал у аутистов в недалеком прошлом, были направлены на то, чтобы это понять. Многие аутисты описывают странные и пока труднообъяснимые эффекты, у них очень необычное восприятие мира. Одна женщина рассказывала, что почувствовала боль при переломе руки через 15 минут. Болевые ощущения от травмы как бы догнали ее. Такое можно узнать только при личном общении. У большинства не-аутистов есть способность фокусироваться на важном сигнале в шуме и подавлять прочие сигналы. Например, настраиваясь на речь одного человека на шумной вечеринке. У аутистов сложная картина рассыпается на множество конкретных деталей. Это часто относится и к абстрактным концепциям. Знаменитый инженер-аутист Темпл Грандин признавалась в своих книгах, что, например, предложение «Сделай усилие, и перед тобой откроются все двери» рисует в голове аутиста вереницу картинок тысяч дверей. Она так и называла это — «мышлением в картинках». Когда шквал ощущений внешнего мира — звуков, запахов, прикосновений — переполняет аутиста, он замирает или пытается уменьшить поток информации, закрывая глаза, уши, прячась. Такое бывает и у обычных людей, но не настолько сильно, как у аутистов. Чувствовать себя хорошо в хаосе — это тоже талант, далеко не все с этим справляются и без аутизма.

Бытует мнение, что среди аутистов много гениев. Это так?

Нет систематических оценок, точно мы не знаем. Это очень интересный вопрос: в идеале талантливые педагоги могли бы отыскать сильную сторону, талант у каждого ребенка, в том числе и с аутизмом. Но кому-то с учителями везет больше, кому-то меньше. Обычный учитель в большой школе с классом в 40 человек такого ребенка не потянет. Безусловно, есть гениальные педагоги, справляющиеся с этим даже в огромном классе. Некоторые аутисты, например, способны в уме вычислять очень большие последовательности простых чисел. Такой пример описан у Оливера Сакса. Это задача сложная даже для компьютера. Это удивительно, и это, безусловно, — талант, но подобные способности трудно применить на практике, их сложно преобразовать в оплачиваемую работу. Это как очень мощный процессор без монитора. Недавний прорыв — набор методик для общения с невербальными аутистами. Оказывается, что большая часть из них способна общаться и хочет этого, но они отрезаны от мира. Чем больше я занимаюсь такими пациентами, тем больше прихожу к выводу — они все разные. Это наводит на мысль, что аутизм — не одно гомогенное заболевание, общее для всех, а семейство разных состояний с индивидуальными свойствами. Все равно что пытаться определить, почему сломался дом, глядя на трещины в штукатурке. Симптомы в данном случае очень ненадежный способ диагностики, а причин мы пока не знаем.

Стоит ли рассчитывать, что мы сможем это однажды узнать?

Я надеюсь, что через какое-то время так и будет. Например, очевидны успехи с менделевскими заболеваниями, где установлена четкая причинно-следственная связь — поломка конкретного гена. Есть надежда, несмотря на сложность аутизма по сравнению с менделевскими заболеваниями, что в не очень далеком будущем мы сможем определять риск развития аутизма на ранних сроках беременности женщины. Проблема в том, что на риск, вероятнее всего, влияют не только гены, а еще и окружающая среда. Но что конкретно становится фактором риска, пока не понятно. Хотя есть много подозреваемых, например, пестициды и аналоги эстрогена. Имеющихся эпидемиологических данных достаточно, чтобы утверждать: чем чище и безопаснее окружение будущей матери, тем лучше для ребенка. Но нет ясности, чего именно следует избегать. Опять-таки известно много факторов: если женщина болеет корью во время беременности, ребенок рождается с нарушениями. Или вспомните вирус Зика. Огромное количество как искусственных соединений, так и микроорганизмов дают такой же эффект. В Америке очень распространен токсоплазмоз. Если его не диагностировать, то у ребенка может быть множество заболеваний, в том числе психиатрических.

Часто говорят о том, что на Западе к аутистам совершенно другое отношение, так ли это?

Не думаю, что проблема включения их в общество полностью решена в Америке или где-то еще. Хотя в американских школах есть пандусы для инвалидов, школа есть школа — дети могут быть жестокими. Посмеяться над тем, кто чем-то отличается от всех, — дело нехитрое. К примеру, в частной школе, в которой учится моя дочь, настаивают, чтобы проблемные дети переводились в другую школу. В США аутистам помогает родительское лобби. Эти люди фактически изменили, расширили, трансформировали общественное сознание в отношении к аутизму. Ведь еще недавно, только десятилетия назад, об аутизме мало кто знал. Общественные сдвиги в осознании проблем аутистов-детей изменили отношение и ко взрослым аутистам. Опять из Оливера Сакса: мальчик-аутист, папа — профессиональный музыкант. Ребенок наизусть выучил музыкальную энциклопедию, которую ему вслух читал отец. После смерти отца энциклопедия стала его голосом в голове аутиста. И когда мальчик вырос, ему удалось устроиться на работу, связанную с музыкой в церкви. У него была великолепная энциклопедическая память, и там это нашло применение. Но это редкое исключение. Когда аутисты занимаются каким-то делом, например, рисуют, их постоянно поддерживают родители. Не совсем ясно, что будет с этими людьми после смерти близких.

Некоторые любят диагностировать у себя «легкую форму аутизма», объясняя этим свою замкнутость. Как бы вы обозначили поведенческие различия между интровертом и аутистом?

Аутисты, те, которые с высоким интеллектом, учатся имитировать поведение обычных людей. Я знаю одну женщину (она дизайнер), общаясь с ней, невозможно догадаться, что у нее аутизм. Она рассказывала, что специально смотрела фильмы, чтобы научиться имитировать «нормальное» поведение и не выделяться. Интроверты предпочитают побыть какое-то время в одиночестве, аутисты ушли еще глубже в себя. В Америке быть интровертом считается недостатком. Работодатели и культура в целом ориентированы на экстравертов. Экстраверты легко интегрируются.

Но хуже концентрируются.

Это зависит от степени экстраверсии и конкретной работы. Если человек занимается продажами или работает с людьми, экстраверсия необходима. Статистически интровертов меньше в обществе, чем экстравертов. Есть статистические тесты, например опросник MMPI (Minnesota Multiphasic Personality Inventory), более 500 вопросов, определяющий личность по нескольким параметрам: асоциальность, эпилептоидность, шизоидность, истероидность. Есть там и шкала для интроверсии-экстраверсии. Опросник откалиброван так, что среднестатистический человек попадает в модус многомерного распределения. Интроверт — это не бинарное состояние. Это непрерывная шкала различных состояний, и люди могут быть разбросаны вдоль по ней. Можно быть интровертом в большей или меньшей степени. Я не могу точно сказать, где проходит граница между интроверсией и легкой формой аутизма. Возможно, что глубокие интроверты времен Карла Густава Юнга имели нечто общее с аутизмом. По поведению порой вообще не отличить, но аутист — это другой тип мышления, за много-много «сигм» от статистического среднего.

Не очень - статью нужно переписатьТак себеБолее-менееПойдетПолезно и информативно ← Мы старались , оцените плиз статью.
Загрузка...

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.